Мы кружились в центре зала, то соприкасаясь рукавами, то замирая в торжественном поклоне. Юноша двигался необыкновенно легко и изящно, выполняя сложные шаги и фигуры. Кажется, у меня тоже хорошо получалось. И я заметила, что даже взрослые дамы время от времени бросали чрезвычайно пламенные взгляды на Роберта, словно старались привлечь внимание юного лорда Юга. Да уж, мой новый знакомый был весьма хорош собой. Густые, пышные, слегка вьющиеся темные волосы с отчетливым рыжеватым отливом. Твердый очерк лица, острый подбородок, чуть широковатые скулы. Большие серые глаза с длинными, как у девушки, черными ресницами. Веселая улыбка на губах. Щеки мои пылали, но я гордо вышагивала в танце рука об руку со своим партнером. И тут музыка замедлила свое кружение, а я вдруг почти со страхом вспомнила, что на всех балах куранту принято заканчивать поцелуем! Что сейчас будет!!! Неужели Роберт осмелится меня поцеловать? Я и хотела этого, и отчаянно боялась непонятно чего.Музыка почти замолкла. В гулкой тишине зала хрустальным звоном отзвучал последний аккорд. Юноша отпустил мою руку. А потом чуть приобнял меня за плечи, привлек к себе и…коснулся губами моих губ. Кажется, это длилось долю мгновения, но мне показалось, что все огни на елке ослепительно вспыхнули и закружились вокруг нас. Сердце гулко заколотилось. Но Роберт уже отступил от меня с почтительным поклоном.- Леди Элейна, вы прекрасно танцуете. А теперь не угодно ли вам будет немного отдохнуть и подкрепить свои силы?
Он плавным жестом указал на два креслица возле стены, украшенной по случаю бала гирляндами плетущихся оранжерейных роз. Вместе все это образовывало нечто вроде маленькой беседки. Там стоял столик с пирожными и прохладительными напитками. Да уж! Кажется, юноша догадался, что от всех переживаний этого вечера – и хороших, и плохих – я уже нетвердо стояла на ногах. Роберт галантно протянул мне руку, и мы заняли места у стены. Отсюда было хорошо видно всех танцующих, а нас почти закрывали от посторонних глаз душистые гирлянды и гибкие зеленые ветви.
Я чувствовала себя странно. Во-первых, потому, что никто меня прежде не целовал. И требовалось разобраться – понравилось мне это или нет? А во-вторых, следовало понять – как вести себя после того дурацкого разговора с семейкой лордов. Чем бы он закончился, если бы Роберт не поспешил мне на помощь? Размышляя над этим, я отщипывала маленькие кусочки пирожного и пыталась растворить горечь услышанного в сладком угощении. Но получалось плохо…
- О чем вы грустите, юная леди? На балу положено танцевать и веселиться, – сказал Роберт, протягивая мне бокал с лимонадом.
- Кажется, я – лишняя на этом празднике…
- Вы все еще переживаете из-за того, что вам сказал этот невежа?
- Конечно. В чем-то он даже прав. Я ведь и сама порой сомневаюсь в том, что Властительница Севера приходится мне родственницей. Сколько бы я ни пыталась, у меня не получается вспомнить – кто я и откуда? Как будто на мои воспоминания наложено заклятие. Так что вполне возможно, что я – обычная простолюдинка.
Роберт сочувствующе на меня посмотрел, а потом ласково погладил по руке.
- Даже, если это так, говорить гадости девушке совсем не обязательно!
- А что надо говорить? – я грустно улыбнулась, чувствуя, что в глазах опять закипают непрошеные слезы.
- Что-нибудь приятное. Нет таких комплиментов, которые были бы лишними для женщины. Нет такого прославления девочки, которое было бы перебором для неё. Не может быть так, чтобы хвалили, хвалили и перехвалили... Девочку невозможно перехвалить. С комплиментами и добрыми словами она лишь больше и больше расцветает. Не стоит огорчаться из-за того, что какой-то дурак не знает таких простых вещей. Пойдемте лучше танцевать!
Хм! Танцевать! А, если опять выпадет куранта? – чуть было не спросила я.
- Что-то не хочется. А вы идите, зачем грустить вдвоем? Кстати, я так и не поблагодарила вас, за то, что вы вмешались. Но, хочу вам сказать, что с вызовом на поединок, вы погорячились…
- Почему же? – удивился Роберт. – Обижать девушку никому не позволено. Хотя, наверное, вы в чем-то правы: испортить праздник гостям было бы верхом неприличия. Разумнее было бы поймать Густава где-нибудь в более укромном месте.
Он улыбнулся - Ну, это всегда успеется. Ваших грядущих подданных хорошим манерам следует научить заранее…
Тут тарелка с пирожным зависла в руке вместе с мыслью, посетившей меня после этих, на первый взгляд, обычных слов.Я никогда прежде не думала над тем – кем мне придется править? И – главное – как они будут ко мне относиться? Ведь, скорее всего, все, что сказал мне дрянной лорд, он придумал не сам. Значит, об этом говорят у него дома? И сколько таких домов?!! Потом мысли мои перескочили на события сегодняшней ночи. Может быть, тетушка неспроста твердит мне, что скоро я стану Властительницей Севера? Ведь пока она Королева, покинуть наши земли она не вправе. Хотя, передав корону мне, тетя все равно будет вынуждена остаться на Севере. По воле богов взрослые не могут покидать пределы Запертых земель. Иначе, на эти земли могут обрушиться страшные природные катастрофы. Например, у нас на Севере примутся бушевать снежные ураганы, сойдут с гор лавины… Лучше себе этого не представлять! А, может быть, Ингриэн нашла способ обмануть богов? Ее странный приятель (я не посмела произнести слово «возлюбленный») звал ее с собой на прекрасный Юг…
Но я не хочу!!! Не надо мне никакой короны и никакой власти! Остаться навсегда среди этих снегов – да еще окруженной тайными врагами? Вот уж славная перспектива для юной девушки! К тому же, в отличие от леди Ингриэн, я не владею никакой магией! И это тоже – повод для ненависти. Кто я для всех этих «породистых» лордов? Неизвестная выскочка неясного, если не сказать, - темного происхождения?
Настроение мое окончательно испортилось. Пребывая в тоске и печали, я чуть было не уронила на пол тарелку, которую держала в руке. Но Роберт успел ее подхватить и вернуть на стол.
- Я так понимаю, что танцы сегодня отменяются?
Я кивнула.
- В таком случае, давайте куда-нибудь пройдемся. Почему-то мне кажется, что вам нужно то ли выговориться, то ли выплакаться. А это лучше делать в укромном уголке. Может, вы хотите о чем-то посоветоваться? Конечно, я всего лишь ваш случайный знакомый. И к тому же – ровесник. Но, хотя мудрости старших у меня нет, я вполне могу понять ваши юные глупости.
- Хорошо. Мне и в самом деле не с кем поделиться своими сомнениями. Давайте пройдем в оранжерею. Я представлю вас розам…Высокие резные двери гостеприимно распахнулись перед нами.
В лицо снова повеяло теплом и нежными, чуть сладковатыми ароматами. Роберт запрокинул голову к хрустальному потолку, увитому стеблями винограда, и мечтательно зажмурился:- Как здесь хорошо! Напоминает вечно цветущие сады моей родины.Потом открыл глаза и сказал мне с шутливым возмущением:- Леди Элейна! Вы обещали, что представите меня розам. Я с нетерпением жду этой романтической встречи!- Встреча непременно состоится, только нужно пройти немного вперед.Мы пошли в глубину оранжереи. Роберт заботливо убирал с моего пути колючие ветки и острые сучья, улыбаясь диковинным растениям, точно давним знакомым. А порой даже называл их по имени.- Пальмы?! Я и не думал, что они способны выжить здесь, на Севере. Ваш придворный маг-садовник – великий мастер своего дела!- Да, Марджис – в совершенстве владеет флорианской магией. Это признают все, кто живет в замке.- Светлые боги! - продолжал изумляться юноша. - Я не верю своим глазам! Эти хрупкие, словно созданные из фарфора, кисти цветов, этот нежно-лиловый цвет… Глициния – любимый цветок моей матушки! Вот она удивится, когда я расскажу ей, что видел чудесное растение Юга на заснеженном Севере. Ого! Да ваш Марждис, оказывается, не чуждается и аквамагии. Алые лотосы в этом маленьком бассейне цветут так пышно, как не цвели, пожалуй, даже в нашем дворцовом пруду .- А вот и розы! - с улыбкой прервала я импровизированный урок ботаники. – Милые цветы, позвольте вам представить наследника Южных земель, лорда Роберта дел Ариэна.На миг мне почудилось, что по душноватой оранжерее пролетел свежий ветерок и качнул гибкие зеленые стебли. Бледно-желтые и темно-алые розы, чьи лепестки переливались россыпью сверкающих капель воды, вздрогнули и повернули нежные головки к юноше. Наверно, сработало еще одно из чудес Марджиса. Роберт восхищенно покачал головой, наклонился и осторожно коснулся шелковистых лепестков. Я невольно обратила внимание на то, какие красивые у него руки. Узкая, но сильная кисть с длинными, тонкими пальцами художника или музыканта. Надо будет при случае спросить моего нового знакомого: владеет ли он каким-нибудь из Высоких Искусств?- Вам понравилась наши цветы, лорд Роберт?Юноша выпрямился и задумчиво сказал:- Эти розы прекрасны, как и все в вашей оранжерее, леди Элейна. Но мне немного жаль их.- Почему же?- Они цветут здесь, тщательно оберегаемые магией вашего садовника. Но им никогда не увидеть лучей настоящего солнца, не ощутить свежесть утреннего ветерка на нежных лепестках. Их не омоют рассветные росы. И – увы! Никто в мире не узнает, как они прекрасны! Как чисты и благородны! Судьба этих дивных цветов – жить легкой и приятной, но искусственной жизнью. И служить всего лишь усладой взора для тех, кто по делу или по прихоти зашел в вашу оранжерею. - Жить искусственной жизнью? – медленно произнесла я. - Лорд Роберт, мне почему-то кажется, что сейчас вы говорили совсем не о цветах.Мой знакомый пожал плечами и чуть поклонился:- Прошу прощения, леди Элейна, если мои слова показались вам обидными. Да, я говорил не о цветах. Просто мне грустно думать о тех, кто понапрасну теряет лучшие годы своей жизни, закрывшись от мира в этом прекрасном, но холодном замке среди вечного льда и снега.- Закрывшись от мира?! – слова Роберта больно ранили мое сердце и одновременно напомнили речь другого мужчины, случайно подслушанную мною этой ночью.- Что вы знаете о моей жизни, лорд Юга?! О жизни той, что не помнит ни голоса матери, ни тепла родного дома. Ни единого дня из своей прошлой жизни! Много лет назад леди Ингриэн дала мне приют в Свальдертэлле. И торжественно объявила меня наследницей земель Севера. Но значит ли это, что я счастлива такой судьбой?! Вы же видели, как ко мне отнеслись эти мелкопоместные лорды! Мои будущие, замечу, подданные. Нет, лорд Роберт, стать суровой, но справедливой, как любит повторять моя тетушка Властительницей – это не для меня! Постоянно быть окруженной враждебными взглядами, подозревать всех и каждого в измене, отвечать на коварство – еще бОльшим коварством и ударом – на удар. А в своем правлении умело перемежать искреннее милосердие с хладнокровной жестокостью… НЕ ХОЧУ! Я выкрикнула эти слова, а потом, устало выдохнув, добавила:- Иногда мне кажется, что я родилась для другой судьбы. Что в той жизни, которой я совсем не помню, все было иначе. Я не сидела на месте, запершись в замке. А вот, что делала… не могу сказать. Как будто чья-то злая воля стерла все воспоминания.Тут я опять чуть не заплакала. Роберт бережно обнял меня за плечи и тихо сказал:- Я не хотел причинить вам боль, леди Элейна. Но если ваша жизнь в этих холодных краях так тревожна и тосклива, почему вы не хотите ее изменить? Вы пока что не Властительница Севера, а, значит, вольны сами выбирать свой жребий и свою дорогу в жизни.- Все верно - вздохнула я. – Знать бы только,куда мне проложить эту самую дорогу?Юноша улыбнулся:- Иногда важно сделать первый шаг, а там дорога сама приведет к счастью. Пусть через множество волнений и невзгод. Но зато сомневаться и тосковать на этом пути будет некогда!