Капер уже выходил на линию огня, чтобы всей мощью своего борта обрушиться на маленький шлюп, но тут Диего резко переложил руль и небольшое судно пошло на таран. Такой наглости на капере никак не ожидали. Шлюп был ещё вне поражения пушек борта, когда китайские пушечки ударили по носовой части капера. Следом и бушприт уже влетел в рангоут капера, а потом и форштевень ударил в борт на баке. Только команда капера пришла в себя от удара, как по верхней палубе ударила картечь.
- Вперёд, на абордаж! – на Диего было страшно смотреть.
Его, наполовину чернокожая, команда ринулась на абордаж. Это была битва обречённых, но ручные бомбы и пистолеты сделали своё дело, они перебрались через борт без потерь. Из трюма стали выбегать красные мундиры, но только некоторым удалось вступить в бой. Излюбленные ручные бомбы полетели в открытые трюмы и там натворили столько бед, что никто больше наверху не показался. Чернокожие дьяволы не знали страха и жалости, и схватка разгорелась яростная. Им удалось потеснить команду капера до шканцев, но там сопротивление стало слишком яростным. Так бы и закончили свои дни в этой схватке Диего и его команда. Но у младшего брата были свои планы на эту битву.
- Все за борт! – этот крик перекрыл шум битвы.
Диего стоял возле люка с сорокафунтовой бомбой в руках. Вот он поджёг запал и кинул её в трюм капера. Только умереть ему было суждено не сегодня. Н’гана буквально подхватил гиганта Диего на руки и прыгнул за борт вместе с ним. Они ещё не коснулись воды, когда корпус капера потряс ужасный взрыв. Разорвавшаяся бомба вызвала детонацию крюйт камеры.
Увидев манёвр брата, Хосе сделал поворот фордевинд и пошёл в атаку на второй капер, а за ним и Саймон развернул своё судно, чтобы поставить капера в два огня. Мощные орудия парусника Хосе буквально выламывали борт капера, против такого калибра бессилен даже морёный дуб. Пушка на баке ударила картечью по верхней палубе, а тут и Саймон подоспел с другого борта. Это был не захват, это было уничтожение. Они просто громили капер с двух бортов, не обращая внимание на ответный огонь. И в это время взорвался первый капер.
- Чёрт, Диего, брат! – крик отчаяния вырвался из горла Хосе. - На абордаж! Я лично убью всех!
Но абордаж не потребовался, одно из ядер достигло крюйт камеры и второй капер взлетел на воздух, едва не зацепив обломками оба парусника.
Диего пришёл в себя уже в воде. Они вместе с Н'гана держались за кусок какой-то доски. Шлюп с развороченной носовой частью погружался в морскую пучину. Но тут Диего обратил внимание на шлюпку, лежавшую кверху дном на палубе. Мощными гребками он поплыл к тонущему шлюпу. Перевернуть шлюпку и столкнуть её в воду по наклонной палубе, это минутное дело для такого гиганта, как Диего. А потом он кружил на шлюпке вокруг места битвы и собирал в неё матросов своего судёнышка. Нашлись не все, но многих ему удалось спасти. Даже копьё Н’гана втащили в шлюпку, чему тот был несказанно рад. И вот, когда Хосе с тоской осматривал последнее место боя своего брата, из-за корпуса почти утонувшего шлюпа вышла шлюпка, полная чернокожих гребцов.
- Диего, морской дьявол, ты снова обманул смерть! – ликовал старший брат.
Третий капер не решился вступить в битву, а счёл за благо лечь на обратный курс, что было непросто, ведь без кливеров сложно управлять судном. Хосе от радости не стал догонять это судно и позволил ему уйти.
- Диего, правь сюда, у нас хватит места всем, - Хосе был безмерно счастлив, что брат выжил.
Оба парусника требовали ремонта, но с этим команда справится на ближайшем острове, лишь бы там была тихая бухта. И тут Н’гана упёрся.
- Надо вернуться и проверить, что осталось, может, пометить место, а потом поднять грузы.
В этом был свой резон. Море Сулавеси довольно мелкое и опытный ныряльщик мог достичь дна. Высадив большую часть команды, Н’гана с четырьмя гребцами вернулся к месту битвы. Остатки шлюпа лежали на борту, а вокруг плавали доски, мачты, полузатопленная шлюпка с капера, которую просто откинуло в сторону. Она получила несколько пробоин от картечи и пуль, но в целом была вполне пригодная для плавания. Резонно решив, что две лодки лучше, чем одна, Н’гана отбуксировал эту шлюпку к парусникам, описав положение вещей. Н’гана оказался толковым моряком, расписав подробно всё, что успел заметить в море. Шлюпку с капера подняли на борт и быстро отремонтировали, загнав пробки в каждое отверстие в её корпусе. Прекрасный четырнадцати вёсельный катер напоминал небольшое судёнышко без палубы. Но пока он послужил именно шлюпкой, на которой возили всё, что выловили в море. В итоге все бочки оказались на палубе капера, и команда приступила к обследованию их содержимого. Следом шлюпки были соединены вместе и с их помощью подняли пушки капера и даже мортиры Диего. Глубина позволяла нырять весь световой день и целую неделю они поднимали грузы капера и шлюпа, которые не были повреждены взрывом.
- Хосе, можно тебя попросить? – Диего весь был в своих мыслях, и, наконец, сложил их в словесную форму. – ты мне позволишь потом взять этот катер себе?
- Не собираешься же ты на нём плыть через океан? – подозрительно посмотрел на брата Хосе.
- Нет, но с его помощью я собираюсь добыть себе судно. Только не возражай, ни один купец не подойдёт к вам на выстрел, а небольшая посудина не вызовет подозрений.
- Это очень опасное мероприятие, братец, вдруг вы нарвётесь на пиратов. – Хосе волновался за брата.
- Значит мы получим пиратский корабль, я всё продумал как следует. – В глазах Диего горели дьявольские искры. – Ты не сможешь нам помочь, во всяком случае, пока мы не завяжем бой.
- Но я могу пойти с тобой, - возразил Хосе.
- Это неразумно, кто поможет нам в случае, если схватка затянется? Оставайся лучше на Малышке, здесь от тебя больше толку.
Почтовый шлюп трудился без устали, развозя почту между портами. Срочные пакеты доставляли на местных проа, судёнышках весьма быстроходных, но с небольшой грузоподъёмностью. А почтовые грузы перемещались на небольших шлюпах. После обеда в море были замечены две шлюпки, на большой был сооружён парусиновый навес. Гребцы выглядели измученно, но с трудом ворочали вёслами. У двоих головы были перемотаны окровавленными повязками. В маленькой шлюпке и вовсе был один гребец. Крупный мужчина орудовал вёслами в одиночку. Остальные лежали вповалку, забинтованные наскоро пропитанными кровью повязками.
- Что случилось? – Капитан шлюпа смотрел в море на несчастных.
- Пираты, суда утонули, хоть шлюпки остались, тут команды с двух парусников, кого сумели спасти.
- И как они вас не убили?
- Сами удивляемся. Сказали, что они самая благородная шайка на всех морях и не убивают тех, кто не оказывает сопротивления. Как бы мы его оказали, когда мы мирные торговцы, а фрегаты наши были продырявлены в стольких местах. Да и картечью по палубе добавили, так что тут все, кто выжил. Они собрали всё ценное и уплыли, а наши корабли затонули, и мы не смогли их спасти.
- Тогда забирайтесь на борт, до ближайшего порта подкину. Только кто может, помогать с парусами команде, у меня маленькая команда. – Капитан знал морские законы, помогать попавшим в беду, первое правило.
Даже врагам, просящим о помощи, иначе можно и под морской трибунал попасть. Шлюп стал бортом к ветру и паруса заполоскали на ветру. Маленькая шлюпка пристала к борту и по штормтрапу крупный мужчина полез на борт.