- ...а здрасссте... проходите...

Замираю на пороге. Такого как-то не ожидала, честное слово. Есть люди, которые в панике бросаются на колени, умоляют, просят дать еще день-два-год-тысячу-лет-миллиард-веков, есть люди, которые принимают меня удивительно спокойно, едва ли не радуются, кто-то пытается бравировать, вызывает на дуэль – но это что-то новенькое...

Что-то...

- Да вы проходите, не разувайтесь, - наконец-то поворачивается от компа, - из-звините, занят немножко... – смахивает с кресла россыпи журналов, коробок от пиццы, еще не пойми чего, - да вы садитесь, кресло так-то чистое... щас я, щас... Или вам некогда ждать? Некогда, так и скажите, я же все понимаю, задерживать не буду...

С трудом выжимаю из себя:

- Да нет, если у вас там серьезное что-то, я подожду...

Смотрю на экран, пытаюсь понять, парень, ты там программу дописываешь, которая миллионы жизней в больницах спасет, или очередного монстра побеждаешь...

- ...а вы меня не помните?

Мне кажется, я ослышалась.

- Простите?

- Не помните меня?

- Первый раз слышу, чтобы смерть помнила своих... своих... тех, кого забирала.

- Вы меня уже третий раз забираете.

- В смысле... гхм... клиническая?

- Да нет, самая настоящая, настоящее некуда.

- Но тогда как же вы...

- ...я возвращался.

Снова кажется, что я ослышалась:

- Первый раз слышу, чтобы кто-то...

- ...верно, первый раз слышите.

- Так вы один такой?

- Пока да.

- Это вы что имеете в виду?

- Ну... если я смог сломать систему для себя, то рано или поздно для других тоже смогу.

- Сломать... систему?

Я не верю, что это происходит где-то здесь, на задворках Вильнюса, а не в какой-нибудь Силиконовой долине, или в бункере какого-нибудь безумного гения, но никак не здесь, в комнате, заваленной тряпками, которые уже сами не помнят, кем они должны быть, брюками, или футболкой, или пальто, или вообще очередной коробкой из-под пиццы.

- Да, сломать систему, - запускает пятерню в немытые волосы, - взломать код...

- Чей код?

- Мой... хотите, ваш взломаю?

- И что тогда... будет?

- Ну... вы перестанете быть смертью.

- А кем я стану?

- Кем хотите, - он снова отлипает от экрана, бросается ко мне, - вот вы сами задумывались, кем вы хотите быть? Как вы хотите прожить... свою жизнь?

- А что, у смерти бывает жизнь?

- А могла бы быть... если бы вы захотели. Хотите? Вот вы кем хотели бы работать? Может... на скрипке играть или...

- Вы имеете в виду автопортрет Бёклина?

- Это кто?

Фыркаю:

- Гугл в помощь.

- М-м-м-м... а в шахматы пробовали? Или в кино сниматься?

- Седьмая печать?

- В смысле?

Снова вздыхаю:

- Гугл в помощь.

Так вы не пробовали? Не задумывались?

Презрительно смотрю на него, парень, если бы ты пахал как я без перерывов, без выходных, было бы у тебя время задумываться...

- ...или купить домик у моря...

...и собирать утонувших людей каждое утро после шторма, мысленно добавляю я.

- Так вы хотите?

- Что?

- Чтобы я взломал ваш код?

- Нет, спасибо, - мой ответ звучит сухо и вежливо, как будто я на кассе в супермаркете, и мне предлагают пакетик, скидочную карту и магнитики.

- Извините... я уже сделал это...

Смотрю на непонятные строчки на экране.

- Что...

- ...вы свободны. Вы можете делать, что хотите.

- Я должна забрать вас, - смотрю на тело, лежащее на боку возле опрокинутого кресла, - уже полчаса как должна забрать.

- Воля ваша...

Он смотрит на меня удивительно спокойно, выжидающе, как будто... черт меня дери, как будто я игрушка в его руках.

Забираю того, кого должна была забрать уже давно, - он не сопротивляется, все происходит легко, даже слишком легко. Еще раз оглядываю комнату, так и чешутся руки навести порядок, а может, это и есть то, что я хочу на самом деле, наводить поря... э-э-э, увольте, я в горничные не нанималась.

Выхожу прочь, гоню от себя проклятую мысль, что это вообще было, и было ли вообще, что я хочу, какое я имею право хотеть...

- Э... двойной эспрессо, пожалуйста...

Устраиваюсь за столиком, оглядываю сидящих, жду, когда появится мой клиент – терпеть не могу такие моменты, а куда деваться, можно подумать, у меня есть выбор. Он заходит, заказывает двойной эспрессо, садится за мой столик, смотрит туда, где у меня должны быть глаза...

- А здрассьте...

Понимаю, что он уже знает, наверное, чем-то болен...

- Узнаёте?

Понимаю, что узнаю, черт меня дери – узнаю, но как...

- Будете забирать?

- Что забирать?

- Не что, а кого, - посмеивается, - меня...

Молча допиваю кофе, беру косу, собираюсь выходить в позднюю осень, он окликает меня по имени, которого у меня нет:

- А вы подумайте все-таки... что вы сами-то...

...меня обнимает со всех сторон дождь и вечерняя суета улиц, снова и снова отгоняю мысли, которых не должно быть...