...сердце бьется в сладостном предвкушении – сегодня я увижу её, наконец-то, впервые за столько долгих недель. Я смотрю на часы – мне кажется, они остановились, или вообще идут назад, только чтобы разлучить меня с ней. Хочется подгонять время хлыстом, хочется толкать его в спину, ну иди же, иди, иди, какого черта ты стоишь, пялишься по сторонам? Минутная стрелка перескакивает на десять, только это ни черта не значит, она может прийти... никогда, и даже позже, чем никогда, они умеют.

Вечность несколько раз рассыпается в прах, наконец, в глубине улицы появляется она, спешит, спотыкается о туман, бормочет какие-то извинения, что-то про какую-то тетушку, от которой надо было незаметно ускользнуть, и обязательно через черный ход, там, где кухня...

Слушаю, поддакиваю, осторожно заключаю её в объятия, - наношу удар быстро, точно, в какую-то там артерию, в который раз проклинаю себя, что не могу прикончить с первого удара, приходится бить еще и еще, отчего мое пальто становится горячим и влажным от крови.

Она обмякает в моих руках – я даже не помню её имени, это не имеет значения, уже ничего не имеет значения.

Я жду.

Она приходит как всегда незаметно, только что не было – и вот она, смотрит пустыми глазницами куда-то сквозь меня, наклоняется над убитой. Я обнимаю её, мою единственную любовь, до хруста сжимаю тонкие ребра, успеваю запечатлеть мимолетный поцелуй на костях черепа.

Она уходит, она никогда не остаётся надолго, даже не уходит – ускользает, тает в ночном тумане. Оглядываю маленький притихший городок, керосиновую лампу в моей руке, сухие листья и пучки сухой соломы под крышами – понимаю.

Сегодня она не уйдет долго-долго, впереди у нас вся ночь...