- Я буду плакать о тебе, - сказал Лис.

- Ну, не надо, не надо, - Лиса Патрикеевна даже достала кружевной платочек.

Реальности стремительно расходились, Лиса и Лис уже с трудом видели друг друга, рассыпаясь в слова и строчки на страницах.

- Вот, возьми, - спохватился Лис, неся в зубах пучок спелой пшеницы, - он будет напоминать тебе обо мне.

- Ой, спасибо, - сказала Лиса Патрикеевна, растроганная так, что даже не возразила, что лисы не едят пшеницу.

Два мира разлетелись так же стремительно, как и встретились. Лиса Патрикеевна посмотрела на пучок пшеницы – она уже знала, что будет с ним делать. Надо лишь намолоть муки и испечь круглый пирожок, который сядет ей на нос и запоёт – Я Колобок, Колобок. И Лиса Патрикеевна даже не удивится, когда увидит на круглом Колобке вулканы, росточки баобабов, розу, накрытую колпаком, и мальчика с пшенично-золотыми волосами, который передвигает стул, чтобы снова посмотреть на закат...