Роберт Бёрнс. Хэллоуин

 1785 г.
Перевод Юрия Князева

I

В ту ночь, когда у фей страда -
У замка Донанс бал.
И по горам, и по долам,
Их легкий сонм скакал.
Где на Колин среди долин
Струился свет луны,
Чтоб там, где Грот, у мрачных вод,
Ручьи и валуны,
Бродить всю ночь.

II

У этих дивных берегов,
Где Дун бежал, петляя,
Где Брюс, бывало, бил врагов,
Своим копьем сметая,
Народ окрестный пировать
Со всех речных долин,
Калить орехи, корни рвать
Спешит на Хэллоуин.
Веселья ночь!

III

А у девчат любой наряд
И впору, и к лицу,
Сердца их нежностью горят
К любому молодцу.
А на коленях у парней
Повязки ухажеров,
Сердца девчат стучат сильней:
У каждого - свой норов
В святую ночь.

IV

Те, кто в капусте знатоки,
Кто ищет не впервые,
Закрыв глаза, рвут корешки
Большие и прямые.
Бедняга Вилл несчастлив был,
По грядкам брел незрячий,
Убогий жребий раздобыл,
Как хвостик поросячий,
Ища всю ночь.

V

Пряма, крива, чиста еще
Иль с грязью кочерыжка,
Под гогот валит на плечо
Поклажу коротышка.
Сладка она иль чуть горька -
Характер, по поверью,
Затем ее кладут пока
На притолоку над дверью,
Хранить всю ночь.

VI

Прокрались девушки тайком
И колоски тянули,
Но Роб с их хитростью знаком,
Гадалок карауля.
Увлек он Нелли в уголок,
Девчонок визг раздался,
Но самый главный колосок
В амбаре потерялся,
В углу в ту ночь.

VII

Достав орехов колдовских,
Раздали их по кругу,
Той ночью не один жених
Нашел свою подругу.
Одни безропотно горят,
Бок о бок, жаром пышут,
Другие прыгнуть норовят
Над очагом повыше,
Подальше в ночь.

VIII

Орехи Джин кладет, тая,
О том, что загадала:
- Вот это - Джок, а это - я, -
Себе она сказала.
Они нашли свою судьбу,
Взглянув в глаза открыто...
Но - пафф! Орех летит в трубу,
И сердце Джин разбито
В прозренья ночь.

IX

Бедняга Вилл орех калил
От гордой Мейли справа,
Такой сосед красотке был,
Конечно, не по нраву.
Орех у Мейли подскочил,
И прямо ей на ножку,
Но Вили шанс не упустил
Обнять ее немножко
В такую ночь.

X

А Нелли видела амбар,
Где с Робом ночь прошла,
Испепелил любовный жар,
Осталась лишь зола.
Сердечко Нелли неспроста
Плясало налегке,
Роб целовал ее уста
В укромном уголке
Во тьме всю ночь.

XI

Но Мерран села у огня
С мечтой об Эндрю Белле,
Ей надоела их возня
И шутки надоели.
Она сквозь двор бредет в ночи
Туда, где мрак глубок,
Бросает в черный зев печи
Голубенький клубок,
Дрожа в ту ночь.

XII

Пока мотала, пот прошиб,
Но устали не знала,
Нить, зацепившись за изгиб,
О, Боже! Как дрожала!
Быть может это дьявол был?
Или конец бревна?
А, может, это Эндрю Белл?
Стремглав бежит она
Прочь в эту ночь.

XIII

"Пойдем, бабуля, я прошу", -
Взывала Джени-крошка,
"Я это яблоко вкушу
Пред зеркалом немножко".
Старуха, трубку раскурив,
Была во гневе злой,
Свой новый фартук пропалив
Горящею золой
Насквозь в ту ночь.

XIV

"Ах ты, паршивая метла!
Помыслить не могу,
Как ты судьбу вверять могла
Нечистому врагу!
Сомнений нет, свой идеал
Увидишь ты сама,
Но многие, кто вопрошал,
Сошли тогда с ума
В такую ночь".

ХV

"Пред битвой Шерра-Мур года
Я помню как сейчас,
Была девчонкой я тогда,
Пятнадцать лет как раз.
В тот год дожди все лето шли,
Хлеб зрел наполовину,
И урожай собрать смогли
Лишь только к Хэллоуину,
Как раз в ту ночь.

XVI

"Наш лучший жнец был Роб Мак Грин,
Он смелым был вначале,
И от него родился сын
У Эппи в Ахмакалле.
Засеять поле коноплей
Он дерзко похвалялся,
Но много дней был сам не свой -
Так сильно испугался
Он в эту ночь".

XVII

Поднялся спорщик Джеми Флек,
Сказав, как на духу:
"Засею конопли мешок,
Не верю в чепуху!"
Старик тогда достал мешок,
Отсыпал горсть ему,
Затем сказал: "Иди, дружок!"
И проводил во тьму,
Посеять в ночь.

XVIII

Маршировал он сквозь стерню,
Как на смертельный бой,
И грабли, словно борону,
Тащил он за собой.
Он бормотать не устает:
"Я сею коноплю!
И пусть та девушка придет,
Которую люблю,
Скорей в ту ночь!"

XIX

Он марши бравые свистал,
Взбодриться на минутку,
Но каждый волос дыбом встал -
Так было ему жутко.
Но он услышал скрип еще,
Какой-то стон и хрюк,
Он поглядел через плечо -
И повалился вдруг
Без чувств в ту ночь.

XX

Он так орал, как будто ад
Терзал его в тот час,
Вокруг собрался стар и млад
Его послушать сказ.
Он утверждал: у шалаша
Видал горбунью с клюшкой...
Но вдруг меж ними не спеша
Просеменила хрюшка
И скрылась в ночь.

XXI

К амбару Мэг спешит скорей,
Минуя все кусты,
Ведь предстоит просеять ей
Три сита пустоты.
Орехов спелых две горсти,
Румяных яблок пару -
Ей пастушку пришлось нести
За стражу у амбара
В глухую ночь.

XXII

Она, ключом открыв запор,
Ступила на порог,
И Сане прокричав на двор,
Чтоб бдительней стерег.
Взбежала крыса по стене.
Вот страх! Помилуй, бог!
Мэг по канавам, как во сне,
Пустилась со всех ног,
Молясь, в ту ночь.

XXIII

А Вилл отправился искать
Вторую половину.
Сумел он трижды стог обнять,
Нашел - лишь хворостину.
На старый дуб наткнулся Вилл,
Что был черней карги,
И, разозлившись, он разбил
До крови кулаки
В лихую ночь.

XXIV

А с Лизи, шустрою вдовой,
Игривой, как котенок,
В ту ночку случай был такой
Средь зарослей сплетенных.
Где меж кустов и диких трав
Она брела сквозь хмель,
Чтоб левый омочить рукав
В ручье у трех земель,
Склонившись в ночь.

XXV

То по оврагу мчал ручей,
То вился по долине,
То огибал вокруг камней,
А то рябил в пучине,
То серебрился под луной,
Журча в кустах прибрежных,
То вдруг, объятый тишиной,
Скрывался он в орешник
Тайком в ту ночь.

XXVI

Среди густого орляка
Меж нею и луной,
Быть может, черта иль телка
Раздался жуткий вой.
Сердечко Лизи высоко
От страха подскочило,
Она вдруг в омут глубоко,
Споткнувшись, угодила
В шальную ночь.

XXVII

Стоят рядком у очага
Три плошки деревянных,
Их каждый раз судьбы рука
Перемещает рьяно.
Лелеял старый Джон мечту
О браке с давних пор,
Но трижды выбрал пустоту:
Все три - летят в костер
С проклятьем в ночь.

XXVIII

Веселый гомон, шум и смех,
И шуткам нет предела,
И песня, общая для всех,
Над сборищем летела.
Душистый пудинга горшок
Встречали с вдохновеньем,
Затем, махнув на посошок,
Расстались с сожаленьем,
Галдя всю ночь.