i
Полезная информация
ru en sv de fr pt es it zh ar nl
"Хранительница сказок" Глава 6. "Маяки не бегают по всему острову, выискивая, какую бы лодку спасти, они просто стоят и светят…"
Категории:
Жанр
  • Фэнтези
  • Сказка
  • Приключения

    Я послонялась по комнате, пощупала свою сырую куртку, висевшую над камином…

И поняла, что странные гости рискуют затянуться. А занять себя – абсолютно нечем! Вчерашних листочков на столе не наблюдалось, а спасительный гаджет, с кучей закачанных книжек, остался дома. Впрочем, какие книжки?! Я сама сейчас в книжке оказалась! Причем, как положено книжному герою, не знаю, что меня ждет за следующим поворотом сюжета, и каков будет финал всей этой истории? Да уж! Как пела колдунья в одном из моих спектаклей:

Но если шило воткнуто в сиденье
 И колется, куда бы ты ни сел,
То помни, мой дружок, что приключений
Всегда бывает больше, чем хотел!

 

   Хотела в сказку попасть – на тебе!  Попала и влипла по самое…  «не балуйся»!

Мечтала со Сказочником познакомиться – и это тебе устроила «добренькая» тетушка Судьба. Впрочем, встреча со Сказочником, пожалуй, самое хорошее из всего, что со мной случилось за эти безумные дни. Кроме встречи с Вандой, разумеется.

Сказочник Христиан. А он довольно сильно изменился со времен событий старой сказки. Тогда он был юношей, пылким, отважным и немного чудаковатым. А сейчас? Отвага и юношеская пылкость, конечно, остались. Но теперь Сказочник – это взрослый мужчина, серьезный и уверенный в себе. Который  готов стать воином, если необходимо защитить своих друзей. Сегодня утром  Сказочник показался  мне похожим… на Ланцелота! Рыцаря из другой сказки Шварца, который отважился на безнадежный поединок с Драконом. И победил, между прочим!

 

    Я поймала себя на том, что уже минут пять неподвижно стою посреди комнаты и задумчиво улыбаюсь своим мыслям. Слушай, приди уже в себя, «сударыня»!  Выловленная из воды без расчески и косметички. Пожалуй, даже хорошо, что здесь зеркала нет!
Я покачала головой, подошла к столу, начала неторопливо собирать кружки и тарелки. «Я спасла тебя, потому что ты дорог мне!» Ну да, это правда, дорог! Христиан оказался именно таким, каким я представляла его в детстве. Добрый. Светлый. А милая, чуть старомодная манера речи придает ему особое обаяние.

Я вздохнула. Вот вроде бы нашла Сказочника, убедилась, что с героем старой сказки все в порядке, а тягостное чувство какой-то опасности, нависшей над ним, не отпускает. Впрочем, это неудивительно, если учесть, сколько у нас врагов! И еще… Мне показалось – или, в самом деле, он пережил какой-то душевный надлом? Эти его стихи про «лед равнодушия», его странный и мрачный взгляд, когда он говорил о Герде и об осколке ледяного зеркала.

 Мои размышления прервал стук каблуков. Сказочник быстро сбежал по лестнице, вытирая на ходу руки промасленной тряпкой.

- Прошу прощения, Марта, что исчез так надолго. Старый генератор опять капризничал. Пришлось убедить его, что надо держаться из последних сил. Древний аппарат вздохнул, но послушался меня. Слышишь? Он снова заработал.

   Я улыбнулась:

- Да, Христиан, разговаривать с вещами ты умел всегда. Правда, жаловался, что все эти чайники, сюртуки и башмаки, оттого что ты часто болтал с ними, считали тебя своим братом и совсем не уважали.

- Было когда-то такое дело! – Христиан улыбнулся в ответ. - Но теперь я научился  говорить с ними строго, как мудрый учитель. И вещи слушаются меня. - Говоря эти слова, Сказочник  шагнул к столу и с грохотом опрокинул стоявший рядом стул.

 - Ох! Правда, не всегда.

   Я рассмеялась и помогла ему вернуть стул на место.

- Ты говорил о Снежной королеве и Герде - она как-то сумела навредить девочке?

- Да! – снова этот тяжелый, мрачный взгляд. – Я расскажу тебе все. Но сначала кое-что покажу.

   Христиан  вышел из комнаты и быстро вернулся, неся в руках… маленький телевизор весьма древнего вида. Это было так неожиданно, что  я не нашла ничего умнее, как спросить:

- Что это?!

- По-моему, в вашем веке оно зовется «телевизор». А что, у тебя такого нет?

- Не-а. Зачем мне этот «зомби-ящик»? Мне компьютера вполне хватает. Новости я и в интернете прочитать могу. Зачем ты притащил это чудо враждебной техники?

- Сейчас увидишь.

    Он воткнул вилку в розетку, покрутил какие-то колесики допотопной настройки.

- Ну, давай же, приятель. Соберись  с силами! – Христиан ласково похлопал аппарат по пластиковому боку. - Я знаю, ты устал, тебе тоже противно все это показывать. Но, пожалуйста, сделай это ради нас.

   То ли уговоры   Сказочника возымели действие, то ли древний агрегат, наконец-то нагрелся, но по экрану побежали полосы, телевизор захрипел, загудел и выдал черно-белую картинку: Советник среди журналистов дает пресс-конференцию. Я даже отшатнулась от экрана.

- Все должно подчиняться заведенной системе - бубнил он, уставившись в камеру ничего не выражающим взглядом. - Работа, карьера, денежный рост. Никаких планов, никаких фантазий, никаких мечтаний!

    Христиан переключил телевизор на другой канал. Там шла какая-то новостная программа. Захлебываясь от восторга, ведущая тараторила:

- Известный предприниматель господин Ратус является  приверженцем здорового образа жизни. Он уделяет много часов спортивным занятиям в своем личном фитнес-центре.

   Камера показала здание с большой эмблемой на фасаде: семь золотых корон на сером фоне. Затем изображение переместилось в спортивный зал, битком набитый одинаковыми носатыми амбалами в сером.

- Армия Крысиного короля - прошептал Христиан. - А вот и он сам!

   На экране появился бритоголовый качок, все с тем же изображением семи корон на майке. Пыхтя, он поднимал и опускал гири, которые почтительно подносили ему его амбалы. Потом он в изнеможении рухнул в подставленное кресло и дал пинка одному из телохранителей. Тот с поклоном преподнес королю  бокал с чем-то зеленым и противным на вид.

- Мой энергетический коктейль собственного изобретения, - голос Крысиного короля,  как я и думала, оказался громким и визгливым.

 - Прекрасно бодрит и укрепляет зубы.  

    И король продемонстрировал два ряда устрашающих желтых клыков.

- Тьфу, гадость какая! – буркнула я, отворачиваясь от экрана. - Хорошо хоть, голова одна, а не семь, как в сказке.

      Христиан снова бросил на меня внимательный и печальный взгляд

- У Дракона тоже была одна голова, когда он принимал человеческое обличье…

   Я вздрогнула. Сказочник словно прочитал мои недавние мысли о Драконе и рыцаре Ланцелоте. Христиан, меж тем, снова переключил какой-то канал.

- Вот что я хотел тебе показать. Смотри!

   Экран показал лекционную  аудиторию какого-то университета. Ведущий, стоя в толпе студентов, торжественно вещал:

- Сегодня леди Айс, профессор электроники, соционики и психологии выступит в нашем университете с увлекательной  лекцией на тему: «Изменение сознания людей и способы управления толпой в личных целях»

   На трибуну уже влезала знакомая бледная тощая тетка. На этот раз она была одета в белый деловой костюм. Но тут бедный телевизор пискнул и отключился, видимо, навеки. Христиан сочувственно вздохнул, снова погладил несчастный аппарат и обратился ко мне:

- Как тебе название лекции?

- Омерзительно! На нашу беду, школа Снежной Королевы, похоже,  расширяется. Правда, я сначала думала, что эта ледяная ведьма занимается исключительно своими компьютерами.

- Если бы! – Сказочник мрачно покачал головой. - Изменение сознания людей – вот чем Снежная Королева занята сейчас. Марта, я, как и ты знаю силу слова! Помнишь, - можно написать – «На холмах Грузии лежит ночная мгла» – а можно - кляузу на соседа?Слово может спасти человека, поддержать его в трудный час, дать радость и надежду. Но оно может и смертельно ранить, может отравить человека или остудить его сердце навеки. И этим Темным Даром Слова Снежная Королева овладела в совершенстве! Она даже научилась писать стихи.  Но каждый ее стих – это порция яда в красивой обертке.

   Я молчала, не зная, что сказать. Такого ужаса я не испытывала давно! Что там все ледяные компьютеры Советника! А Христиан продолжал рассказывать:

- Понимаешь, Снежной Королеве даже не надо было творить свое колдовство, призывать морозы и бури. Она просто поговорила с Гердой.  Потом мне передали, что  именно королева сказала девочке.

   И Сказочник медленно, словно бы через силу, произнес:

 

Милая Герда, что тебе этот Кай? 
Он Королеве Снежной подходит больше. 
Горькая vita станет едва ли dolce, 
сколько её капризам ни потакай. 
Милая Герда, «вечность» в кусочках льда 
так серебрится! – долго глядеть опасно. 
Милая Герда, разве тебе не ясно: 
сердце растает – душу зальёт вода! 
Ну, разверни оленя, назад, назад, 
Ты же своей любовью погубишь Кая. 
Что ему, в самом деле, любовь людская? —
Он Королеве Снежной смотрел в глаза! 
Ну, не глупи, придумай другой финал, 
Бабушке корвалола накапай в чашку. 
Кая забудь, он – прожитый день, вчерашний. 
Он
о тебе
ни разу
не вспоминал…

 

   Я содрогнулась. Да уж, порция яда, иначе не скажешь! Взрослой женщине невыносимо такое услышать. А что уж говорить о юной девушке, почти ребенке?

Неудивительно, что ее душа оледенела!

- Я пытался что-то исправить, - Христиан почти перешел на шепот.

- Пытался встретиться с Гердой. Но…

- Снежная королева поговорила с тобой, - тихо сказала я.

   Сказочник кивнул, подошел к камину и замер неподвижно. Отблески огня золотыми искрами отразились в его глазах.

 – Понимаешь, Марта, в старой сказке моим противником был Советник. Хорошо  знакомый враг. Мне было понятно, как с ним бороться: находчивостью, веселой выдумкой или даже шпагой.  А она говорила такие правильные, полные сочувствия, слова. О том, что мир не исправить ни прекрасным стихотворением, ни доброй сказкой! О том, что люди читают мудрые, светлые книги об Истине, Добре и Красоте, а потом идут и убивают себе подобных! О том, что мне давно бы пора понять все это, отбросить перо и заняться реальной жизнью! Снежная королева говорила много. И каждое ее слово  было  для меня ударом отравленного клинка!  

   Христиан медленно опустился в кресло и провел руками по лицу.

- Десять дней после этого мне не хотелось жить. А потом я написал песню.

   Сказочник взял, лежавшую возле стола гитару, осторожно коснулся струн и негромко запел:

 

Этих пыльных потертых страниц голоса,
Этот вкрадчивый шелест и лепет.
Для чего они? Знаешь? Ответишь ли сам,
Если слезы глаза твои слепят?
Эти тайны, что старый хранит переплет,
Эти двери в пространства иные
Не откроются. Не защитят от невзгод.
Не сломают решетки стальные.
И бумажный твой замок золою лежит,
Черный пепел ловить бесполезно.
 Никого еще ветхих томов стеллажи
Не спасли от огня и железа.
Но слова оживают! Из песен, из книг,
Из души вылетают, как стрелы.
И дрожит искаженной реальности лик,
 И  становится черное - белым!
И кривое - прямым! И растет ураган,
Черный дым унося за собою.
И шумит воскрешенных страниц океан,
Став однажды твоею судьбою.

 

   К последним строкам песни голос Сказочника обрел неожиданную силу, зазвучал мощно и призывно, как набат. Я еле сдержалась, чтобы не броситься ему на шею.

- Христиан, это было прекрасно! Ты выстоял! Ты не сломался, раз смог написать такое!

   Он грустно улыбнулся и отложил гитару.

- Да, я выстоял. Но  мне не удалось никого спасти. Я плохой учитель, Марта. Наверно, я рассказывал детям  не те сказки, раз их души оказались так беззащитны перед злом.

    Ну вот, он сейчас опять повесит голову и загрустит! О, эти вечно подверженные депрессиям творческие люди! Я подошла к Сказочнику, положила руку ему на плечо…
Ох! Что я там сама себе говорила еще до начала всей этой череды безумных событий? Про трепет и волнение? Про жар чужой души, который чувствуется так же, как тепло тела через тонкую рубашку? Пальцы мои чуть дрогнули. Щеки вспыхнули предательским румянцем. Тот самый жар и трепет волной пробежали по телу, заставляя сердце биться сильнее. Должно быть, Христиан, тоже что-то такое почувствовал. Он  торопливо вскочил с кресла, взял меня за руку, прикоснулся губами к моим пальцам.

- Христиан, не кори себя! – сказала я, осторожно отнимая у него свою руку.

 - Ты сделал все, что мог и даже больше. Ты же сам еле устоял перед натиском этого холода и тьмы, что уж говорить о детях!

Сейчас эпоха всеобщих расставаний … кого разлучает жизнь, кого смерть. Сегодня разлука так обычна, а оригинальна как раз встреча … она почти как чудо …

Разве не чудо, что мы с тобой сидим вдвоем и разговариваем ???  А теперь мы вместе будем искать способ, как спасти Кая и Герду.. И как защитить наш несчастный мир.

- Спасибо, Марта, - тихо произнес Сказочник. - Ты вновь бросаешься мне на помощь. И тьма отступает.

   Я, окончательно смутившись, отошла к окну. То, что я там увидела, заставило меня на миг забыть об этой странной вспышке чувств. За окном бешено выл ветер. Земля, небо, морские волны – все тонуло в слепой белой пелене. Вихри несли тысячи снежных хлопьев, закручивая их в неистовой пляске.

- Буря не утихает! Как же я попаду домой? Там Ванда одна осталась. Наверное, места себе не находит, думая, куда я пропала. А вдруг она отправится меня искать? А вдруг Советник сделает ей что-то плохое?!

   От внезапно нахлынувших страшных мыслей меня затрясло, ноги подкосились, и на глаза навернулись бессильные слезы.

- Марта, Хранительница, ну не плачь, пожалуйста! – Христиан рванулся ко мне, обнял, привлек к себе. – Я не смогу попросить ветер утихнуть. Это суровый Норд, он подчиняется Снежной Королеве. Но я знаю способ, как сделать так, чтобы Ванда  увидела тебя во сне и поняла, что с тобой все в порядке. Я сумею, я же Сказочник!

   Он ласково гладил меня по волосам, утешая, как маленькую.

– Ты только успокойся, пожалуйста.

- Спасибо, Христиан! – я прерывисто вздохнула. - А ты, правда, сможешь подать Ванде знак, что я в безопасности?

- Ну, конечно! Этой ночью ты сама ей приснишься и скажешь, что нашла меня, и мы вместе пережидаем бурю на маяке. А чтобы она поверила сну, передашь ей эти стихи. Утром Ванда найдет листок под подушкой.

   И Сказочник протянул мне листок со стихами:


Капли падают на крышу – теплый дождь идет,
Это доброе знаменье: в сердце тает лед.
Дождь и солнце означают перелом в судьбе.
Босиком по звонким лужам я бегу к тебе
.

 

- Какие хорошие, добрые слова! – я вытерла слезы. - Ну вот, Христиан, ты тоже помог мне. В очередной раз.

- Такая  уж видно наша судьба! – Сказочник улыбнулся мне открыто и ясно. - То и дело спасать друг друга.

- Ну, да – согласилась я. – Про это даже стих есть. Как будто про нас с тобой написанный. Недавно обнаружила  на просторах интернета. Мне так понравились эти строчки, что я их даже наизусть выучила. Вот послушай!

 

Сколько можно страдать, выбирая одно из двух,
Свеженайденным знанием мериться допоздна?
 Ты умеешь в шуршании листьев услышать Звук.
 Я умею в дрожании листьев увидеть Знак.
 Жизнь изрезана нишами – каждый нашёл свою.
Глупо сравнивать кошку и ястреба – ну и что ж?
Ты упорно, незыблемо веришь, что я спою.
Я упрямо, отчаянно верю, что ты прочтёшь.

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Похожие публикации:

   Подготовка к департаментской проверке шла в стенах родного учрежден...
ВСТУПЛЕНИЕ В котором рассказчик впервые берется за перо и заранее извиняется пе...

Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.