Я проснулся? Вроде бы, да. Дышу и вижу свои руки. Можно выдохнуть. Эти кошмары посещают уже не первую ночь. Как избавиться? Главное, снова не уснуть. Чтобы не увидеть продолжения. С одной стороны - хочется. С противоположной - вовсе нет.
В моих снах все оставались живы. Но это уже детали. Да и кому это будет интересно, когда все выживают. Тем не менее, продолжу. Хотя бы для того, чтобы кто-то еще помимо меня это узнал.
Открыл я глаза, когда меня колотила дрожь. Обнаружив, что лежу на сырой земле с редкой порослью травы, пришел еще в больший ужас. Где я?
Свинцовое небо и слева забор из сетки-рабицы. В ней есть дыра. Кто и как ее сделал — размышлять некогда. Нужно двигаться. Пополз к ней.
В нос ударил ужасающий запах, от которого передернуло все тело. Воняло полевыми удобрениями. Но таким амбре и коня свалить можно. Что уж говорить о человеке, который даже не помнит, кто он. И где.
Руки погружались в мягкую почву, от запаха тошнило, и мне пришлось оторвать от рукава часть ткани, чтобы обмотать лицо. Не сказать, чтобы стало прям сильно легче, но хоть что-то.
Я обернулся. Позади виднелась деревня. Только она была какая-то странная, будто подернутая дымкой (жарко не было, время года определить оказалось затруднительно). Некоторые дома будто плоские, за окнами виднелись улицы и редкие лишенные листьев деревья. И на краю деревни стояли фигуры. Фигуры детей. Казалось, что они не сводят с меня глаз. Не понимаю, как, но я расслышал их шепот.
«Следи за тьмой. Смотри вверх».
Мне удалось доползти до сетки и протиснуться сквозь дыру, после чего подняться на ноги. Почва изменилась, стала твердой, запах удобрений исчез. Из-под земли местами пробивалась сухая трава. Не было ни малейшего дуновения ветра, на небе ни одного облака, но, опять же, по ощущениям будто бы стояла ранняя весна, что сильно контрастировало с растительностью.
«Смотри вверх. Следи за тьмой».
Я поднял голову, но ничего особенного не увидел. В этот момент вокруг появились другие. Они были старше детей из деревни, на вид большинству лет пятнадцать, но были и взрослые. Казалось, никто из них не обращает друг на друга никакого внимания. Они что-то говорили, но я не мог разобрать ни слова. Однако одну странность я заметил – все старались держаться поближе ко второй сетке, за которой виднелось, на первый взгляд, точно такое же поле.
Вдруг кто-то коснулся моей руки, заставив вздрогнуть и обернуться. Это была девочка, лет, может, двенадцати, абсолютно мне не знакома. Одетая в серое платье, волосы ее были темные, собранные в косичку.
- Новенький, да? – спросила она со странной улыбкой. – Хотя, нет, вряд ли. Мы каждый раз забываем остальных. И даже самих себя. Ты ведь не помнишь своего имени, не так ли?
Я ошарашено смотрел на незнакомку. Она оказалась первой, кто заговорил внятно. Но почему она обратилась именно ко мне? И как это – забываем? Хотя, я и правда ничего не помнил, впрочем, об этом я уже говорил.
- Я.. я, - и тут я понял, что голос меня совершенно не слушается. Будто что-то застряло в горле, гласные тянулись. Она сочувственно покачала головой.
- Так со всеми бывает в первые несколько раз. Не бойся, если выдержишь, голос вернется. С каждым кругом становится легче. Но будь внимательным, не пропусти проход. Иначе сам станешь частью удобрения.
Что? Проход? То, что это дыра в сетке, я уже понял как-то, но стать частью удобрений? Надо срочно что-то придумать.
Внезапно все вокруг потемнело. Раздался гул, воздух задрожал. Я машинально посмотрел в небо. Издалека надвигалась… Тьма. По-другому я это назвать никак не мог. Небо чернело на глазах. Будто кто-то равномерно наносил на него краску, затирая любые следы синевы.
«Следи за тьмой. Смотри вверх».
И тут сетка пришла в движение. Словно по команде, остальные бросились к ней, и мне ничего не оставалось, кроме как последовать их примеру.
Круг, еще один. Я уже видел приближающуюся дыру, и незнакомку, которая тут же нырнула в нее. Она остановилась с той стороны и снова посмотрела на меня. Она что-то крикнула, но я не слышал ее голоса. Но по губам понял:
«Быстрее!»
Я бросился к дыре. Она была уже совсем близко, руку протяни – и она пройдет на ту сторону, но в последний момент какой-то парень, едва ли старше, чем я, оказался быстрее. Он оттолкнул меня в сторону и сам попытался пролезть. Ну нет, гад ты эдакий! Я схватил его за куртку и дернул на себя. Не рассчитал, и мы вместе покатились по земле. Он вцепился в меня мертвой хваткой, бормоча что-то неразборчивое. Я попытался вырваться, но без толку, а дыра тем временем скрылась из виду.
Незнакомка тем временем показала на свой рукав, а потом на глаза. Я понял и свободной рукой так и не снятой с лица тряпкой как можно крепче завязал глаза. Я услышал громкий вскрик своего обидчика, и понял, что он меня больше не держит. И в этот момент…
Это была вспышка, даже сквозь тряпку больно ударившая по глазам. Я зажмурился, закричал, рухнул на колени. Еще вспышка, гул, грохот. И наконец все вроде утихомирилось. Дрожащими руками я снял повязку и понял, что остался совершенно один. Все исчезли, и дети, и взрослые, и та самая незнакомка.
С обратной стороны сетки показалась женщина. Высокая, светловолосая, с каким-то суровым выражением лица. Что-то будто шевельнулось у меня в памяти, два слова – «Алина» и «Веста». Я каким-то образом понял, что Алиной зовут эту самую женщину. А вот что такое «Веста», я так и не сумел вспомнить.
«Центр. Веста. Тьма идет
Вверх смотри, и свет падет.
Ты не первый, не последний,
Поле требует детей.
Холод, жар и провод медный,
Помни, друг мой, - не робей».
Это что еще такое было? Откуда у меня в голове возник этот рифмованный набор слов? Это даже стихом назвать трудно.
Женщина вдруг оказалась передо мной. Как она прошла сквозь сетку, я так и не понял, ведь дыра так и не вернулась на место.
- Алина, два-ноль-два-один, - заговорила она с улыбкой. – Интересно получается. Вспышка не убила тебя, а должна была. Ты должно было испепелить, развеять как остальных. Хмм… - она смотрела на меня изучающе. – Что же, при столь уникальном случае мы можем сделать исключение и пропустить тебя на следующий круг. Осталось три.
И тут я сам не понял, что на меня нашло. Казалось, безо всякой причины охватился злость, и я схватил женщину за шею обеими руками, пытаясь сдавить как можно сильнее.
- Я… я тебя… убью, - вырвалось из моего горла.
- Три, - повторила она с усмешкой. Мои усилия, похоже, не произвели на нее никакого впечатления. – Куб 1 и куб 2. Ты совершил большую ошибку.
И меня с силой потянуло назад, на ходу перевернув на живот. В руки вцепились две какие-то твари, и я совершенно не мог их описать. Я закричал, перед моими глазами появились два одинаковых куба с цифрами.
Три… один… три. Поворот. Три…
Вспышка, я не успеваю закрыть глаза. Боль, в ушах шум, я не вижу ничего! Колени и живот проваливаются в почву. Удобрение.
Нет! Где будильник?! Где соседи?!
Я не знал, сколько прошло времени. Я понял, что сплю. Или нет? Раньше всегда получалось проснуться при осознании, если крепко закрыть глаза. Но не в этот раз. Зрение частично вернулось. Я разглядел приближающееся здание. Черное, как сама ночь.
Веста.
Следи за тьмой.
Смотри вверх.
Опять вспышка – и я наконец проснулся, задыхаясь. Руки ходили ходуном, глаза немилосердно жгло, и я еще несколько минут сидел, растирая их ладонями.
Это был второй раз. Теперь ближе. Веста. Я должен узнать, что это такое. Это не может быть просто кошмар. И все те дети, люди. Ведь во сне ты обычно видишь знакомые образы, но никого из них я не знал. Но Алина эта… Почему она мне показалась смутно знакомой? У меня есть несколько знакомых с таким именем, но ни одна из них не подходит, ни по внешности, ни по поведению.
Я должен все выяснить.
«Следи за тьмой. Смотри вверх».
Придется следить. Надо будет заодно что-либо поискать об этой таинственной Весте. И когда все повторится, я должен быть готов. Ведь, судя по кубам и словам Алины, еще трижды. У меня три попытки.