Ну, еще бы! Вместо расписной «уличной красотки» незваную гостью встретил прилично одетый юноша интеллигентного вида. Не давая хозяйке раскрыть рта, я церемонно поклонилась и вежливо произнесла:
- Добрый день, сударыня. С кем имею честь?
  Тетка  моргнула и растерянно произнесла:
- Ну, я-то, допустим, хозяйка этого доходного дома. А вот кто вы такой, молодой человек?
  Произнося эти слова, она вертела головой в разные стороны, видимо, пытаясь найти таинственно исчезнувшую «девку». Ага! При закрытом окне и практически пустой комнате.
  Я снова поклонилась и сказала:
- Позвольте представиться -  Эмиль Ларсен. Двоюродный кузен Нильса. Я учусь в здешнем университете и сегодня пришел навестить своего родственника.
  Хозяйка дома кивнула, соображая, а потом сердито воскликнула:
- Ну, вот, а этот болван Ганс опять с пьяных глаз все перепутал.

Представляете, юноша, моему слуге померещилось, что Нильс сегодня притащился в дом с какой-то девицей.
- Бывает, -  сочувственно пожала я плечами. - И не такое примерещится. Особенно, если в жару не закусывать…
  Тетка хихикнула и уставилась на меня с каким-то подозрительным интересом.
- А вы уже давно здесь учитесь, молодой человек? Что-то я вас раньше не встречала.
- Я  только что поступил на первый курс. А к Нильсу зашел первый раз. До этого некогда было. Понимаете, учеба, вступительные экзамены, то да се…
- Понимаю. Ах, как приятно встретить в этой глуши учтивого и благородного юношу, который столь устремлен к высотам знаний. И к тому же, хи-хи, весьма хорош собой. Так вы заходите к нам почаще, Эмиль. Поболтаем, чайку попьем.
  Не зная, что ответить на столь пламенную тираду, я только поклонилась в третий раз и пробормотала какой-то комплимент в адрес любезной хозяйки.
Она покраснела, снова хихикнула, как девчонка, и, наконец-то, удалилась.
Я со вздохом облегчения плюхнулась на топчан.

- Молли, я не ошиблась, говоря, что тебе место в уличном балагане,  - пробормотала я, наклоняясь и выуживая несчастную юбку из-под этого ложа.  - Как ловко ты сыграла роль школяра! Мда-а, хозяйка, кажется, уже без ума от двоюродного кузена Нильса. Что со всем этим делать – пока непонятно. Но светлый образ Эмиля Ларсена  на девчонку Молли, теперь, похоже, менять не стоит. По крайней мере, в этом доме.

  Самое интересное, что, когда эта мегера распахнула  дверь,  привязанный к дверной ручке Мартин  тихо затаился с той стороны. И хозяйка его не увидела! И не услышала. Потому  что умный птиц предпочел с дурой не связываться. И просто сделал вид, что его тут нет.
Я подмигнула Мартину, а потом опустилась на корточки и аккуратно погладила рукой серые перья.

Гусь переступил с ноги на ногу и, вытянув длинную шею, положил голову мне на колени. И замер. То ли ему понравилось, что я его погладила, то ли на него ступор напал после хозяйского визита.

- Что тут происходит? – растерянно спросил Нильс, появляясь в комнате.

  И едва не треснув меня кувшином. Хорошо, что я вовремя успела увернуться и поднять голову.

- Ой! – только и сказал мальчик, сползая по стенке. – Молли, это ты? Что за маскарад ты устроила?
- Я, конечно, кто ж еще. А маскарад пришлось устроить, чтобы успокоить твою квартирную хозяйку. Правда, теперь она думает, что я – твой двоюродный брат.
- И что же нам со всем этим делать?
- Не волнуйся! Все живы, целы и я, кажется, придумала, как свить гнездо. Сейчас мы с тобой вскипятим воду, попьем чаю и все обсудим.

Мне пришла в голову гениальная мысль: тот, кто нам мешает, тот нам и поможет!
Я бодро тараторила, излагая Нильсу свой «гениальный план»:

 - Итак, я  спущусь к хозяйке. Объясню ей, что мне надо у тебя пожить. Я тут якобы учусь на какого-нибудь ветеринара и у меня «домашнее задание» в лице гуся, которого надо изучить. Поэтому я его сюда и притащила, то есть, притащил. Построю ей глазки, наговорю комплиментов и выпрошу для себя какое-нибудь ложе и одеяло. А в качестве оплаты буду к ней иногда на чашку чая захаживать – с умными беседами. Надеюсь, что Купидон в эти трущобы не залетает, и мы обойдемся без любовных катаклизмов. А ты, пока я буду эту тетку  убалтывать, сгоняешь к своему часовщику. Тебе ведь все равно надо в таверну вернуться? Вот мы обязанности и разделим. А вечером встретимся. Может, ты  про мою будущую  работу что-нибудь узнаешь. А я у хозяйки какой-нибудь едой, наверняка, разживусь. Мартин на меня смотрит вполне любезно – так что до твоего возвращения мы с ним тоже не подеремся. Как твою хозяйку-то зовут, кстати?

- Брунгильда.

- Эк, ее угораздило!  Ладно, о грустном – потом.

  Чай мы устроились пить на зеленой лужайке, позади доходного дома.

Густые кусты сирени и жасмина надежно скрывали нас от посторонних взглядов. От близкого ручья в жаркий день несло приятной прохладой. Мы сидели прямо на траве, подстелив лоскутное одеяло, прихлебывали горячий, сладкий напиток и болтали о разном:
- Хорошо здесь! – Нильс потянулся, запрокинул голову к небу и мечтательно улыбнулся. - Почти как дома, на ферме.
- Скучаешь по дому? – понимающе кивнула я.
- Иногда. Но потом говорю сам себе, что дома-то у меня уже и нет.

И надо как-то жить дальше, а не цепляться за красивые воспоминания прошлого.
- Это верно. Вот моим родителям одни воспоминания о былом королевском величии и остались. Хотя, может, когда-нибудь они все-таки согласятся  покинуть наш старенький дворец и выйти в большой мир. Ну, а я решила сделать шаг вперед прямо сейчас.
- И правильно. Я вот тоже мечтаю как-нибудь изменить свою жизнь. Если Ансельм поможет, выучусь для начала основам наук. А потом устроюсь на работу в университет. Кем угодно! Хоть полы буду мыть, хоть чернильницы чистить. А сам потихоньку стану записывать лекции профессоров. Если повезет, то и книги брать из университетской библиотеки.

  Нильс выпрямился, задумчивая мечтательность в его глазах сменилась твердой решимостью. Мне показалось, что он даже стал взрослее, когда произносил эту речь.
- А кем ты хочешь стать, когда выучишься? – полюбопытствовала  я.
- Путешественником! – с жаром ответил мальчик. - Знаешь, ведь наше время называют эпохой Великих Географических Открытий. Корабли покидают родные гавани и открывают новые острова за чертой горизонта. Ученые поднимаются на  вершины неприступных гор, исследуют дремучие леса в южной части нашего континента. Понимаешь, я тоже хочу стать открывателем новых земель. Не просто бродягой, который без толку шатается по дорогам нашей страны, как мой без вести пропавший папаша -музыкант. Но для этого нужно изучить кучу наук: географию, биологию, химию…  А сейчас я всего-навсего полуграмотный деревенский мальчишка.
  Нильс хмуро опустил голову. Я осторожно коснулась его руки.
- Знаешь, мне кажется, у тебя все получится! Ты упорный. И решительный.

И умеешь добиваться своего. Вон как долго тебе удавалось прятать Мартина в своей каморке. А хозяйка даже не догадывается, какое сокровище таится на ее чердаке.
  Мальчик улыбнулся мне в ответ.
- А Мартин – и, правда, сокровище! Честное слово, мне порой кажется, что он понимает все, что я ему говорю, только ответить не может. Знаешь, когда мне впервые пришла в голову идея – стать ученым-исследователем новых земель?
- Когда же?
- Когда долгими зимними вечерами матушка рассказывала мне сказку, про заколдованного мальчика, который путешествовал верхом на гусе. Вместе со своим крылатым другом он облетел всю страну.
- Я знаю эту сказку! У нас в дворцовой библиотеке была такая книга. И звали героев там точно так же, как и вас: Нильс и Мартин.
- Здорово! Так вот, в тот вечер, когда история про мальчика и гуся закончилась, мне неожиданно приснился Мартин. В этом сне он умел разговаривать. И мой гусь важно сказал мне: «Иди в большой город, где стоит Дом Премудрости. Только там твоя мечта станет явью».
- Ого! Да это же настоящее предсказание! Большой город – это Ольборг.

А  дом Премудрости, конечно, ваш Университет.
- Я тоже так подумал. Поэтому, когда братья выгнали меня с фермы, у меня не было сомнений, куда податься. Правда, в большом городе мне поначалу было очень одиноко. Только Мартин был моим единственным другом. До того как…
  Тут Нильс на мгновение смущенно замолчал и опустил глаза. А потом все-таки договорил, слегка покраснев:
- До того  как я встретил тебя, Молли.
  Я тоже немного смутилась, но слышать такие слова от симпатичного мальчика было ужасно приятно!
- У меня тоже не было друзей, Нильс, - вздохнула я. - Пока мы не разорились, дурацкие правила дворцового этикета запрещали мне даже беседовать с детьми прислуги. А мои ровесники, принцы и принцессы из соседних королевств, приезжали к нам в гости очень редко. И даже, если приезжали, то все время хвастались и спорили между собой, у кого алмазов в казне больше и чей папенька пышнее балы закатывает. Тоска, в общем, была с ними…
  Я улыбнулась  новому другу и радостно продолжила:
- А с тобой, Нильс, все совсем не так! Знаешь, мы с тобой всего полдня знакомы, а мне кажется, будто - полжизни. В детстве я часто грустила, что у меня нет брата. Но теперь я об этом не жалею! С братьями, бывает, ссорятся, а с тобой я никогда не смогла бы поссориться. Нам нравятся одни и те же вещи. Ты легко понимаешь меня, даже когда я говорю непонятно. Да и я понимаю тебя с полуслова. Веришь ли, я даже немного благодарна твоему противному хозяину. Ведь если бы он не кинул в тебя горшком, ты бы не вылетел из таверны прямо мне навстречу. И мы бы с тобой не познакомились.
  Нильс улыбнулся:
- Тогда уж надо и крапиву поблагодарить, в которую мы вместе с тобой свалились! А если серьезно, Молли, дружба – вещь таинственная, как и любовь. Никто не знает, в какой миг она возникнет между двумя незнакомыми людьми. Но ясно одно: друг – это тот, кого я не опасаюсь. С кем можно легко и весело общаться. Но кто и в трудный момент всегда придет к тебе на выручку.
- Кажется, это прямо про нас сказано. Ты здорово меня выручил, дав приют на своем чердаке. Ой!..
- Что такое, Молли?